Special Theme Edition on the Current Ukrainian Crisis:   Volume 22, No. 3  (Summer 2014)

The East West Church &  Ministry Report has issued a special theme edition examining the impact of the current Ukrainian crisis on the church and ministries in Ukraine and Russia.

This theme issue is now available in pdf format in English,  Russian, and Ukrainian.

Read more about the East West Church & Ministry Report  in EnglishRussian, or Ukrainian 

Религиозная нетерпимость к западным церквям в России

Вячеслав Карпов и Елена Лисовская

Примечание редактора: хотя данный, до настоящего момента не публиковавшийся, отчет был написан в сентябре 1996 г., содержащиеся в нем сведения заслуживают пристального внимания, тем более, что нетерпимость в отношении западных церквей в России в последние годы лишь усугубилась.

Что значит “западные церкви”?

Под термином ―западные‖ мы подразумеваем церкви, уходящие корнями в западные религиозные традиции. В постсоветской России эти церкви чаще всего воспринимаются как новые, чуждые и нетрадиционные. На самом деле многие из них далеко не новые и совсем не чуждые для России. Большинство зародилось и успешно развивалось в Соединенных Штатах, Европе и других странах на протяжении веков. Другие существовали во времена СССР подпольно или под пристальным надзором компетентных органов. Это полулегальное существование делало их практически незаметными для большинства советских граждан, антирелигиозная пропаганда именовала их не иначе, как опасными ―сектантами‖ и распространяла о них пугающие небылицы. Поэтому, когда после принятия в 1991 г. либерального закона о религии эти церкви стали свободно развиваться и множиться, многим показалось, что это нечто ―новое‖, необычное и неприсущее России ранее. Это впечатление лишь усиливалось фактом, что такие церкви зачастую во многом полагались на финансовую поддержку своих братьев по вере из-за рубежа, главным образом из США и других западных стран.

Принятый в 1997 г. ―Закон о свободе совести и религиозных объединениях‖ определил статус этих церквей, как нетрадиционных для России, отделив их тем самым от четырех ―традиционных‖ конфессий (православия, ислама, буддизма и иудаизма). Присвоение такого статуса повлекло за собой официальное ограничение свободы вероисповедания. ―Нетрадиционным‖ церквям было позволено зарегистрироваться только в случае, если они докажут, что существовали на территории России как минимум в течение 15 лет (т.е. с 1982 г). Это ограничение особенно больно ударило по тем религиозным группам, которые существовали в СССР нелегально или же пришли в Россию после распада Советского Союза.

Хотя закон 1997 г. подводит все западные церкви под определение ―нетрадиционных‖ для России, некоторые из них нельзя считать таковыми. Например, римско-католическая церковь существовала в России на протяжении многих столетий, причем некоторые ее приходы оставались действующими и во времена СССР. Большинство россиян согласятся, что католицизм является традиционным вероисповеданием для многих народов, живущих в России, в том числе для этнических поляков, литовцев, немцев и др. Поэтому в число церквей, которые считаются новыми, чуждыми и нетрадиционными для России, мы не включили католическую церковь.

Как происходил сбор сведений?

Данная работа основывается главным образом на фактах, собранных в ходе нашего международного совместного исследования ―Религиозная нетерпимость среди православных христиан и мусульман в России: насколько она сильна и почему?‖, осуществленного в 2004-2006 гг. при поддержке Национального совета Евразийских и Восточно-европейских исследований. В июне 2005 был проведен репрезентативный всероссийский опрос, в котором приняло участие 2 972 человека. Опрос, каждое интервью в котором длилось немногим более часа, нам помогали провести опытные интервьюеры нашего московского партнера – Института сравнительных социальных исследований.

Результаты

1. Западные церкви представляют небольшой процент верующих в России.

После 1990 г., даже несмотря на ограничения, наложенные законом 1997 г., количество западных религиозных организаций в России стремительно возросло. По данным Российского Министерства Юстиции в 2004 г. на территории России было зарегистрировано 5 266 западных религиозных организации. Поскольку процедура регистрации крайне сложна, вполне понятно, что многие группы продолжают существовать в России без регистрации. В некоторых регионах протестантские церкви даже превышают по количеству православные приходы и все другие ―традиционные‖ организации вместе взятые (А.А. Крайков, ―Религии в государстве – фактор укрепления или распада государства?,‖ Современная Европа 4 [2003]: 22-34). Тем не менее, поскольку эти церкви сравнительно невелики, в своем исследовании мы предполагаем, что число прихожан западных церквей в России не превышает одного процента ее населения или 1,4 миллиона человек. Однако в 2010 г. в отчете Государственного Департамента США Международная религиозная свобода говорится о существовании в России более чем двух миллионов протестантов.

Протестантское меньшинство существует в России в обстановке доминирования православия и мусульманства. Данные нашего исследования показали, что в настоящее время более 80% всех россиян и более 85% этнических русских относят себя к православным. 3,1% россиян, участвовавших в нашем опросе, назвали себя мусульманами.

Хотя большинство русских причисляют себя к православным или мусульманам, они не разделяют традиционных для этих религий верований и не придерживаются религиозных обрядов. В целом, активность участия в богослужениях в пост-атеистической России остается одной из самых низких в Европе. Даже применяя довольно мягкие критерии для определения религиозности (сравнительно упорядоченная система вероучения и сравнительно частое посещение богослужений) мы смогли отнести лишь 10% из назвавших себя православными и 20% из назвавших себя мусульманами к действительно религиозным, в традиционном понимании этого слова, людям. При использовании более строгих критериев, количество верующих опускается до однозначных отметок. Слабая вовлеченность в духовную жизнь, однако, не мешает широкому распространению религиозной нетерпимости по отношению к западным церквям.

2. Религиозная нетерпимость по отношению к западным церквям исключительно высока.

В соответствии с полученными нами данными, нетерпимость в отношении западных церквей в России удивительно высока и повсеместна. Лишь небольшой процент россиян, вне зависимости от своей религиозной принадлежности, был готов предоставить западным церквям минимальные религиозные свободы. Так, менее трети россиян (29%) согласны с тем, чтобы подобные религиозные группы строили в их городах свои церковные здания, еще меньше (28%) не возражают против сбора ими пожертвований, лишь четверть жителей России разрешили бы им заниматься книгоиздательством, а 22% открывать свои учебные заведения. Еще меньше тех, кто готов предоставить протестантам возможность публичной проповеди (18%) или выступлений по телевидению (20%). Ничтожно малый процент россиян (8%) не возражает против того, чтобы западные церкви преподавали основы своей веры в общеобразовательных школах. Лишь с одним проявлением свободы для западных церквей согласилось более трети россиян (41%) – это ведение в их городе благотворительной работы. Однако таких людей все равно менее половины. Удивительно, но большинство россиян не готовы позволить западным церквям заниматься благотворительностью, несмотря на то, что потребность в ней сегодня в России так высока.

Глубина нетерпимости в отношении западных церквей просматривается также в соотношении между теми, кто полностью отрицает возможность религиозной свободы для западных церквей и тех, кто готов им предоставить практически полную свободу действий. Показательно, что только 7% россиян (лишь каждый четырнадцатый) согласились дать западным церквям семь-восемь видов религиозной свободы из нашего списка, тогда как 39% (четверо из десяти) отказали им по всем восьми пунктам.

3. Западные церкви вызывают наибольшую нетерпимость среди всех религиозных групп России.

 Нетерпимость к ―нетрадиционным‖ западным церквям значительно выше, чем нетерпимость в отношении православных, мусульман и даже евреев (хотя традиционно терпимость в отношении этого религиозного меньшинства всегда была очень низкой). Западные церкви вызвали наибольшую неприязнь у всех четырех религиозных направлений, включенных в наше исследование, обогнав даже православных на практически полностью мусульманском Северном Кавказе. Мусульмане и православные гораздо охотнее готовы терпеть друг друга или же евреев, чем западные церкви.

4. Как православные, так и мусульмане глубоко нетерпимы к западным церквям.

Лишь ничтожно малая часть мусульман и православных согласились дать ―нетрадиционным‖ церквям возможность публично выражать свою веру (14% и 17% соответственно) или выступать с проповедями по телевидению (15% и 20%). Как для православных, так и для мусульман наименее приемлемым местом для присутствия западных церквей оказались общеобразовательные школы. С этим согласились лишь 8% опрошенных в обеих группах. По сравнению со всеми остальными видами деятельности благотворительность была признана наиболее приемлемой, но как среди мусульман, так и среди православных тех, кто был согласен, чтобы ею занимались западные церкви, оказалось меньше половины.

5. Религиозность не делает православных и мусульман России менее нетерпимыми в отношении западных церквей.

Рассматривая по отдельности группы православных и мусульман, мы попытались выявить связь между их религиозностью и степенью нетерпимости в отношении западных церквей. Признаками религиозности для нас являлось монотеистическое или христианское мировоззрение, посещение церкви или мечети, частота молитв, а также чтение Библии или Корана.

Как в православной, так и в мусульманской группе мы не заметили никакой последовательной связи между религиозностью и степенью нетерпимости к западным церквям. Те, кто полностью разделяет монотеистическое или христианское мировоззрение, не больше и не меньше терпимы к западным церквям, чем те, кто не придерживается этих взглядов. Разница в уровне терпимости среди тех, кто регулярно посещает церковь/мечеть и теми, кто этого не делает, статистически не определяется. То же самое можно сказать в отношении частоты молитв и чтения Писаний. Таким образом, подъем православной и исламской религиозности в России никак не объясняет существование общего фона сильной религиозной нетерпимости.

6. Около-религиозные идеологии влияют на уровень нетерпимости в отношении западных церквей.

 Хотя на нетерпимость россиян в отношении западных церквей не влияют их религиозные взгляды, это с успехом делает идеология. Поскольку число западных церквей в России сравнительно невелико, очевидно, что большинство россиян строят свое отношение к ним не из личного опыта общения. Кроме того, довольно низкий уровень посещаемости православных храмов и мусульманских мечетей не дает права считать их главным источником негативизма в отношении западных церквей, тем более, что наши данные говорят об отсутствии связи между посещением культовых сооружений и негативным отношением к западным группам. Таким образом, за создание в сознании россиян негативного образа западных церквей нам остается винить лишь средства массовой информации и общественную идеологию.

У россиян довольно противоречивая позиция в отношении религиозного равенства. С одной стороны, около половины опрошенных были согласны с тем, что у всех конфессий должны быть равные права. Вместе с тем 65% заявили, что у православия прав должно быть больше, чем у других групп, а более трети россиян отметили, что все ―традиционные‖ религии должны иметь привилегированный статус. Таким образом, заметно отсутствие идеологической поддержки равного отношения ко всем религиям, что проявляется в нетерпимости в отношении религиозных меньшинств.

Еще одна из причин нетерпимости заключается в идеологии, тесно связанной с этнической принадлежностью той или иной группы, воспринимающей другие религии, как чуждые и вредные для себя. Эта идеология религиозного этноцентризма удивительно популярна в России. Например, 85% русских считают себя в душе православными, даже если они никогда не были крещены и не посещают церковь. Около половины опрошенных указало, что только этнические русские могут по-настоящему быть православными, а более трети заявило, что прихожане не-православных церквей – уже больше не русские. Аналогичное отношение к этнической природе ислама прослеживается у татар и других традиционно мусульманских народов. Однако среди мусульман распространенность подобных взглядов не усиливает их негативного отношения к западным церквям, православных же религиозный этноцентризм заставляет относиться к западным группам с большей нетерпимостью.

7. На религиозную нетерпимость влияет государственная идеология.

На религиозную нетерпимость в отношении западных церквей больше всего влияет идеология, ничего общего не имеющая с религией. Особенно это касается недемократических и анти-западных настроений. Удивительная популярность подобных реакционных взглядов объясняет распространенность среди русских нетерпимости к западным церквям. Например, в ходе нашего опроса двое из трех россиян (67%) указали, что западные страны стремятся к ослаблению и развалу России. Почти 55% отметили, что следование западным стандартам может лишь навредить России. Менее трети (32%) видят в России европейскую страну, которая когда-нибудь в полной мере станет частью западного мира. Кроме того, 52% россиян считают хаос и беззаконие, царящие в стране, результатом демократии, а 77% придерживаются мнения, что выборы и соперничество партий приносят России больше вреда, чем пользы. Неудивительно, что в такой атмосфере реакционной идеологии западные религиозные группы сталкиваются с массовым нежеланием предоставить им какие-либо права.

Кроме того, закономерная связь прослеживается между нежеланием предоставлять гражданские свободы диссидентам и нонконформистам (например, атеистам или гомосексуалистам) и религиозной нетерпимостью в отношении западных церквей. Здесь проявляется общее неприятие чужаков и широко распространенная враждебность в отношении определенных групп.

И, наконец, нетерпимость к связанным с США религиозным группам усиливается анти-американскими настроениями. В то время как лишь 14% россиян открыто признались в своем негативном отношении к американцам, подобные настроения подливают масла в огонь религиозной враждебности в отношении групп, воспринимаемых как проамериканские.

8. На уровень нетерпимости влияют региональные и социально-демографические факторы.

Религиозная нетерпимость в отношении западных церквей особенно сильна (значительно выше средней по стране) на Северном Кавказе и в Центральном регионе России. И наоборот, нетерпимость ниже средней на Северо-западе и Дальнем Востоке России. Жители Москвы более терпимы, чем население остальной России, хотя некоторые действия городских властей против протестантских групп, казалось бы, свидетельствуют об обратном.

Кроме того, мы выявили социально-демографические взаимосвязи, традиционно отмечаемые при исследовании нетерпимости. Так, живущие в городах и имеющие высшее образование молодые россияне (до 30 лет), оказались гораздо более терпимы к западным церквям, чем менее образованные люди старшего поколения, живущие в деревнях или небольших городах.

Заключение

Помимо ограничительных законов и пристрастности их применения со стороны местных властей, западные церкви и другие «нетрадиционные» группы сталкиваются со значительным противодействием религиозной свободе «снизу», со стороны обычных россиян. Сообщения международных наблюдателей о фактах выраженной неприязни в отношении этих групп лишь в небольшой мере отражают ту враждебность, с которой сталкивается религиозная свобода в России.

К сожалению, даже закон, каким бы ущемляющим в отношении ―нетрадиционных‖ религий он ни был, относится к западным церквям более либерально, чем сами россияне. Закон гарантирует, по крайней мере, соблюдение некоторых свобод, тогда как россияне не готовы предоставить западным церквям практически никаких послаблений. Если бы закон пошел на поводу у общественного мнения, он лишил бы ―нетрадиционные‖ церкви и того малого, что у них есть сейчас. Таким образом, религиозная свобода в России нуждается в защите от народной враждебности не меньше, чем от своеволия властей.

Объединенные международные усилия по борьбе с предубеждениями, стереотипами и идеологическими клише, питающими нетерпимость к западным церквям в России, будут малоэффективны до тех пор, пока их не будет подкреплять стремление самих русских избавиться от реакционной идеологии. Тем не менее, американские организации могут внести посильный вклад в дело уменьшения религиозной нетерпимости. Например, среднестатистический россиянин знает очень мало, если вообще что-либо знает о западных церквях, имеющих корни в США, считая их ―опасными сектами‖. Но его отношение может кардинально измениться, если он будет знать о той роли, которую эти ―секты‖ играют в жизни американского общества. Также отношение россиян может значительно измениться, если они будут более информированы о том, какими религиозными свободами обладают меньшинства, в том числе православные и мусульмане, в США. Эти знания могут более активно распространяться американскими государственными и негосударственными организациями, работающими с Россией или на ее территории.

Необходимым условием для определения уровня существующей опасности для религиозной свободы является систематический мониторинг религиозной нетерпимости среди обычных россиян. Наше исследование мы считаем первым опытом подобного мониторинга.

Вячеслва Карпов и Елена Лисовская являются профессорами социологии в Университете Восточного Мичигана, Каламазу, шт. Мичиган.

Отредактированные отрывки печатаются с разрешения по: Вячеслав Карпов и Елена Лисовская, “Религиозная нетерпимость в отношении западных церквей в России”, Национальный Совет по евразийским и восточно-европейским исследованиям, 2006. Исследование, результаты которого представлены в данной статье, было осуществлено при частичной поддержке Национального Совета по евразийским и восточно-европейским исследованиям (NCEEER). Однако, ни NCEER, ни правительство США не несут ответственности за выводы и мнения, высказанные в данной статье.