Special Theme Edition on the Current Ukrainian Crisis:   Volume 22, No. 3  (Summer 2014)

The East West Church &  Ministry Report has issued a special theme edition examining the impact of the current Ukrainian crisis on the church and ministries in Ukraine and Russia.

This theme issue is now available in pdf format in English,  Russian, and Ukrainian.

Read more about the East West Church & Ministry Report  in EnglishRussian, or Ukrainian 

Йован Байфорд

Первая часть данной статьи была опубликована в предыдущем номере Вестника Служений и Церквей Восток-Запад 17(Осень 2009).

Добрососедские отношения сербов и евреев

На протяжении столетий отношения между сербами и евреями складывались довольно мирно, большинство историков подчеркивают, что в отличие от ряда европейских стран в Сербии к евреям всегда относились хорошо1. Этот факт акцентируется также представителями еврейской общины и либеральным общественным мнением. Более того, одна из причин, почему недавние проявления антисемитизма в Сербии вызвали такое негодование, состоит в том, что в прошлом в сербской культуре никогда не существовало выраженного и укоренившегося антисемитизма.

Евреи, спасенные епископом Велимировичем

Эла Трифонович-Найхаус, белградская еврейка, в 2001 г. направила в Священный Синод письмо, в котором рассказала о том, как во времена немецкой оккупации епископ Николай, рискуя собственной жизнью, одел ее с матерью в рясы монахов и скрыл в одном из приходов своего диоцеза2. Однако  тот факт, что епископ спас конкретных людей, тем более членов семьи своего друга, не может и не должен влиять на оценку его антисемитских высказываний и статей. Единичный случай не стоит использовать для отвлечения внимания от его общей позиции, которая является откровенно антисемитской.

“Библейский” антисемитизм

При описании взглядов Велимировича, дабы оправдать его антисемитские высказывания, многие придерживаются следующей тактики – ищут истоки антисемитизма в Священном Писании. Вскоре после того, как Ассамблея епископов Сербской православной церкви объявила о канонизации Николая Велимировича, дьякон Любомир Ранкович выступал на радио “Свободная Европа” с рассказом о жизни и взглядах нового святого. Он заявил, что “Антисемитизм, если уж использовать этот термин, епископа Николая находился на богословском или скорее библейском уровне. Этот вид антисемитизма мы находим в самой Библии.”3

Подчеркивая “богословскую” или “библейскую” природу антисемитизма Велимировича, его защитники как бы разделяют законную критику евреев и “настоящий” антисемитизм, каким он был, например, у нацистов. Разделение на анти-иудаизм и антисемитизм, то есть отрицание предубеждения против евреев, предполагает, что “библейский” антисемитизм является приемлемой идеологической позицией. Таким образом, оправдание противоречивой позиции Велимировича в отношении евреев основывается, с одной стороны, на казалось бы законной доктрине христианского анти-иудаизма, которая якобы уходит корнями в Священное Писание и движима искренней любовью к евреям, и, с другой стороны, на идеологии светского антисемитизма нацистов.

Исследовательская литература в области иудео-христианских отношений признает возможность и даже необходимость сохранения формального теоретического разделения между анти-иудаизмом – как теологической абстракцией – и нерелигиозными вариантами расистского и заговорщицкого антисемитизма4. В то же время христианский анти-иудаизм и современный антисемитизм тесно переплетены и исторически связаны, что крайне затрудняет их разделение на практике5. Дж. Баум, например, считает:

“Хотя было бы совершенно неверно с исторической точки зрения обвинять христианскую церковь в антисемитизме Гитлера или чудовищных преступлениях его последователей, тем не менее, стоит признать, что именно церковь зародила в христианах стойкое презрение к евреям и всему иудейскому, презрение, сыгравшее на руку гитлеровской идеологии. Церковь сделала еврейский народ символом неискупленного человечества, и потому изображала евреев как слепых, упрямых, плотских и развратных людей, этот образ как нельзя лучше походил Гитлеру, избравшего еврейский народ в качестве козла отпущения”.6

 В своем «Послании к сербскому народу из темницы» Велимирович обвиняет нацизм в секуляризации Европы и видит его корни в отступлении западной цивилизации от традиционных христианских ценностей. При этом, в той же самой книге он утверждает, что пагубная секуляризация стала возможной из-за влияния евреев, потому что Европа “не знала ничего другого, кроме того, что ей преподносили евреи”. Более того, он утверждает, что нацизм – это не только новый “удар”, нанесенный “невинной кровью” Христа или еще одна вспышка пламени “сжигающая (еврейские) хранилища козней против Христа», но также дело рук дьявола и его ученика еврея.7

Попытки оправдать антисемитизм, в котором обвиняют Николая Велимировича, находят поддержку в одном из самых древних аргументов традиционной христианской антисемитской риторики – идеи о том, что евреи распяли Христа и тем самым навлекли на себя вечное проклятие, которое может быть снято лишь после того, как они покаются и признают христианское вероучение – которая стала обычной, естественной и даже нормальной частью христианского самосознания. Риторика отрицания, базирующаяся на проведении параллели между антисемитскими высказываниями Велимировича и Словом Божьим, является попыткой деполитизировать и узаконить анти-иудаизм епископа под эгидой нормального и приемлемого “богословского анти-иудаизма”.

Отрицание обвинений в антисемитизме

Позиция Велимировича не подвергается сомнению со стороны Сербской православной церкви. Что прискорбнее всего, готовность, с которой защитники Велимировича отрицают его антисемитизм, говорит о том, что под видом уважения к памяти епископа анти-еврейские настроения начинают считаться нормальными и даже правомерными. Учитывая популярность Велимировича в современной Сербии, ясно, что эта апологетическая риторика постепенно становится частью идеологии большинства, что никоим образом не идет на пользу отношениям между евреями и христианами в этой стране.

Возвеличивание фигуры Николая Велимировича повлекло за собой нивелирование его антисемитских взглядов и введение тактики отрицания, дабы оправдать, загладить и дать рациональное объяснение его достойным сожаления высказываниям. То, как почитатели епископа говорят о евреях, позволяет им утверждать, что их отношение лишено предвзятости, также как позиция их героя, а в некоторых случаях и всей Сербской православной церкви. Узаконивая и считая нормой дискредитирующую идеологическую традицию анти-иудейской предубежденности, отрицание и нивелирование антисемитизма Велимировича способствует углублению социального неравенства, одновременно с этим защищая идеи, символы и авторитет доминирующей группы, не допуская ее обвинений в нетерпимости.

Почитание Велимировича как народного героя и некритичная оценка его наследия внутри православной культуры напрямую связаны с проблемой антисемитизма и следовательно не могут быть просто отброшены в сторону. Фигура Николая Велимировича стала одним из самых влиятельных источников, питающих сербскую идеологию предубеждения против евреев, в которой современный антисемитизм черпает свою силу и самооправдание.

Истоки устойчивого сербского антисемитизма, существующего внутри православной культуры, лежат не в «грехах» епископа Николая Велимировича. Хотя множество нынешних общественных дебатов различных сербских «обществ памяти» вращаются вокруг темы «был или нет сам Велимирович антисемитом», этот вопрос лишен практической важности. Велимирович жил и писал в первой половине ХХ века, достигнув вершины своей карьеры в период между двумя мировыми войнами. Именно тогда во всем мире теория еврейского заговора была на пике популярности, а анти-еврейские выпады, как пишет Биллиг, считались не выходящими за рамки “любезного течения изящного разговора”.8

Практически во всех христианских странах презрение к евреям было также рутинной чертой христианской теологии, литургической практики и церковной жизни. В 1938 в энциклике папы Римского, которая, удивительным образом содержала одновременно и критику принятых недавно в Италии антисемитских законов, и утверждение, что “евреи убили своего Спасителя и Царя”, чем навлекли на себя “гнев Божий” и “божественное проклятие, обрекшее их на вечное скитание по лицу земли”. Тот же самый документ обвиняет евреев в пропаганде революционных идей, которые имели целью “разрушить общество и изгладить из человеческой памяти знание, уважение и любовь Божью”.9 Эти утверждения практически дословно повторяет шестью годами позже в своем Послании сербскому народу из темницы Велимирович . Он, подобно авторам папской энциклики, жил в мире, где царила мораль, предшествовавшая взглядам, возникшим во времена после Холокоста, наложившим ограничения на выражение нетерпимости и выведших антисемитизм за рамки политической дискуссии. Таким образом, тот факт, что мы встречаем антисемитский язык в произведениях Велимировича, не выглядит столь уж необычным. Однако он все равно бросает тень на его фигуру, ведь значительное число его современников, даже не столь образованных и красноречивых, как епископ Николай, но не менее преданных своим убеждениям и своему народу, стали выразителями гораздо более достойных восхищения взглядов в отношении евреев и политической позиции, которая, в отличие от позиции Велимировича, была однозначно анти-фашистской.

Проблем больше от защитников Велимировича, чем от самого Велимировича И все же, главная проблема современных иудео-христианских отношений в Сербии лежит не в том, каким на самом деле был Велимирович, а в его почитании и некритическом подходе к его наследию. Это видно в попытках оправдать его позицию в отношении евреев и представить ее как нормальную, приемлемую и даже необходимую. Нерешительность церковных руководителей и их нежелание разрешить неясности, окружающие наследие Велимировича, создают преграды между крайним крылом и мейнстримом сербской православной культуры, тем самым способствуя пропаганде анти-еврейских настроений и политического экстремизма.

 

Примечания:

1 Х. П. Фриденрайх. Евреи в Югославии: вопрос к обществу (Филадельфия: Еврейское издательское сообщество Америки, 1979); З. Лебль “До “конечного решения”: евреи в Белграде” 1521-1942 (Белград: Чигора, 2001); Л. Секелж, Время бесчестья (Белград: Академия Нова, 1995).

2 Л. Ранкович, “Колокола звонят по Владыке”,” Вечерние новости, 21 июня 2003; http://www.novosti.co.yu/code/navigate.php?Id=16&status=jedna&datum=2003-06-21&feljton=3655.

3 Радио Свобода/Свободная Европа 2 июня 2003.

4 Дж. Хеллиг, Холокост и антисемитизм: краткая история (Оксфорд: Oneworld, 2002); Р. Рутер, Вера и братоубийство: богословские корни антисемитизма (Нью-Йорк: Seabury, 1974).

5 Дж. Кэрролл, Меч Константинов: церковь и евреи (Бостон: Houghton Mifflin, 2002; Д. Годлхаген, Нравственная расплата: роль католической церкви в Холокосте и ее неисполненный (Нью-Йорк Knopf, 2002); Р. Хилберг, Разрушение европейских евреев (Лондон: Holmes & Meier, 1985).

 6 Дж. Баум “Введение” в кн. Р. Рутер Вера и братоубийство, 1-22.

7 Велимирович, Послание, 194.

8 М. Биллиг, Споры и рассуждения: реторический подход к социальной психологии (Кембридж: Издательство Кембриджского университета, 1987), 250. 9 Голдхаген, Нравственная расплата, 85.

Отредактированные фрагменты печатаются с разрешения по: Йован Байфорд, Отрицание и давление антисемитизма, посткоммунистическое почитание сербского епископа Николая Велимировича (Будапешт: Издательство Центрально-Европейского Университета, 2008).

Йован Байфорд преподаватель психологии факультета социологии Открытого Университета в Милтон Кайнс, Великобритания.