Special Theme Edition on the Current Ukrainian Crisis:   Volume 22, No. 3  (Summer 2014)

The East West Church &  Ministry Report has issued a special theme edition examining the impact of the current Ukrainian crisis on the church and ministries in Ukraine and Russia.

This theme issue is now available in pdf format in English,  Russian, and Ukrainian.

Read more about the East West Church & Ministry Report  in EnglishRussian, or Ukrainian 

Инсур Шамгунов

От редактора: в 2007 году Инсур Шамгунов взял развернутые интервью у 40 выпускников и четырех руководителей богословских ВУЗов, два из которых находились в Казахстане и два в Кыргызстане. Эти интервью легли в основу его диссертации на тему протестантского богословского образования в Средней Азии. Автор выбрал казахские и киргизские учебные заведения, потому что интервьюировать респондентов там оказалось легче, чем в Туркменистане, Узбекистане и Таджикистане. В августе-сентябре 2006 г. Шамгунов провел серию опросов четырех пасторов из Татарстана (Россия), которые в свое время прошли обучение в трех разных богословских институтах России.

Респонденты упоминаются под вымышленными именами. Среди них были одинокие и состоящие в браке, мужчины и женщины (последних больше), в основном закончившие ВУЗы недавно (на момент интервью со времени их выпуска прошло от трех до шести лет), они имели разное предварительное образование (среднее, среднее техническое, незаконченное и законченное высшее). Возраст респондентов – от 24 до 71 года, большинству опрошенных было от 25 до 55 лет. Это была многонациональная группа (10 национальностей, но, в основном, казахи, киргизы, русские и корейцы, а также татары, узбеки, уйгуры, армяне, курды и эфиопы). Все они были евангельскими христианами (евангельские христиане-баптисты, пятидесятники, корейские пресвитериане, члены независимых церквей). Они участвовали в деятельности как сельских, так и городских церквей, встречались представители среднеазиатских, русских и смешанных общин, традиционных и ячеечных церквей, с количеством прихожан от восьми до более тысячи.

В этой части статьи будет приведен обзор политических и социальных вопросов, оказывающих влияние на рост церквей в Средней Азии. В следующих двух выпусках будут опубликованы другие части статьи, посвященные внутренним проблемам, с которыми сталкиваются богословские учебные заведения, а также будут даны рекомендации по преодолению существующих трудностей.

Введение

В целом, выпускники высоко оценили полученное образование, но все же отметили, что обучение не дало им необходимых навыков для практического служения. Таким образом, можно с уверенностью утверждать, что среднеазиатским богословским учебным заведениям свойственны все классические проблемы традиционной парадигмы богословского образования. Данное исследование можно принять за отправную точку в вопросе реформирования образовательных программ, автор приводит рекомендации по внедрению интегрированного контекстного миссионерского подхода.

Постановка проблемы: обучение не достигает поставленных целей

Работая в Средней Азии с 1999 года в качестве руководителя богословского колледжа и организатора учебного процесса, я достаточно тесно взаимодействовал со многими евангельскими лидерами из нескольких среднеазиатских стран (в основном из Таджикистана, Узбекистана, Казахстана и Кыргызстана). Становление богословского образования в указанном регионе происходило на моих глазах.

Я обнаружил, что руководители церквей не видят связи между нынешним богословским образованием и реальной практикой служения: выпускники богословских колледжей не обладали навыками, которые необходимы в церковном руководстве. Глава самой большой ассоциации евангельских церквей Таджикистана заявил, что его церкви больше не будут отправлять студентов в богословские учебные заведения, потому что выпускники «начинают говорить странными словами о странных проблемах, они бесполезны в служении и хотят уехать на Запад».1 Руководитель церкви в Узбекистане изъявила желание открыть собственную богословскую школу, чтобы «не портить людей в других школах», имея в виду, что они становятся непригодными для служения в церкви на момент окончания образования.2 Более того, руководитель большой ассоциации церквей в Казахстане высказал мнение, что служители, не получившие богословского образования, добиваются больших успехов в работе, чем служители с образованием.3 Подобные комментарии подвигли меня на исследование глубинных процессов, влияющих на успех или, наоборот, неудачу богословского образования. Прежде всего, мне хотелось выяснить, с какими проблемами сталкиваются выпускники в своей профессиональной деятельности и что помогает им эти проблемы решать. Во-вторых, каким образом обучение помогает или мешает им в практической работе.

Демографический контекст

На данный момент население Казахстана составляет 15,4 млн. человек, примерно 50 % из них – этнические казахи, около трети – славяне; узбеки, уйгуры (этнические турецкие мусульмане) и татары вместе составляют около 10%; немцы – 1,5%, евреи – около 1%. Демографическая ситуация постоянно меняется по мере того, как славяне и немцы уезжают из страны.4 Для духовного окормления славянского населения, считающего себя преимущественно православным, действует 257 православных прихода. Около двух процентов населения составляют католики (в основном, это немцы и украинцы), для них в стране действует 82 католических религиозных организации.

В Казахстане зарегистрировано 964 протестантских религиозных организаций, построено 546 культовых сооружений, насчитывается 30 703 прихожанина.5 Такова самая скромная статистика по протестантам, т.к. только половина церквей предоставила информацию для подсчета, в статистику также не вошли нерегистрированные и домашние церкви. Протестанты – это харизматические общины (450 в 2005 г.), евангельские христиане-баптисты (227 зарегистрированных церквей и приблизительно 10 000 прихожан), а также иные группы, как, например, пресвитериане и лютеране.

По информации Национального комитета статистики за 2007 год, население Кыргызстана насчитывало 5,2 млн. человек, из них 67%– киргизы, 14,2% – узбеки, 10,3% – русские, 1,1% – дунгане (этнические китайские мусульмане), 1%– уйгуры, 6%– иные национальности.6 Около 11% населения – русские православные, хотя реальное количество может быть в районе 8%, существует всего 44 церкви. У римских католиков 3 церкви. В Кыргызстане 226 зарегистрированных протестантских церквей, в том числе 49 пятидесятнических, 48 баптистских, 43 харизматических, 35 пресвитерианских, 30 церквей адвентистов седьмого дня и 21 лютеранский приход.

Преследования и давление со стороны государства

Евангельские христиане в обеих странах испытывают мощное давление со стороны государственной власти и местных органов. Так, евангельские верующие постоянно переживают преследования вплоть до физического насилия как со стороны местных мусульман, так и со стороны правительства. Ситуация ухудшилась после вступления в силу более жесткого законодательства в январе 2009 года. Например, в августе 2007 агенты КНБ (бывшего КГБ) устроили рейд в протестантскую церковь «Благодать», изъяли документы и компьютеры, угрожали прихожанам и оскорбляли их, обвиняя некоторых в «измене».7 В июне 2008 г. Форум 18 сообщил, что западный миссионер, который по совместительству был директором Кыргызского богословского колледжа, был депортирован из страны за отказ сотрудничать с национальной секретной полицией, агенты которой требовали от него передачи конфиденциальных досье на студентов.8

Форум 18 многократно сообщал о правительственных рейдах в церквях во время богослужений в Казахстане,9 о закрытии и угрозах конфискации культовых зданий,10 о требованиях к церковным лидерам о раскрытии информации о членах церквей, о наложении больших штрафов на незарегистрированные религиозные общины.11 Более того, казахские СМИ публиковали материалы, порочащие честь и достоинство евангельских верующих, называли их церкви деструктивными сектами.12 «Традиционные» религиозные группы считались более-менее приемлемыми, а «сектами» именовались все новые движения, особенно те, что возникли после перестройки с участием западных миссионеров, которые якобы «угрожают социальной стабильности и независимости республики».13

Один из руководителей Казахского богословского колледжа заметил, что политическая борьба против религиозных меньшинств стала нарастать в 2008 году. Именно тогда его учебное заведение столкнулось с огромными проблемами. Неожиданно в колледж нагрянули чиновники во главе со службой безопасности. Именно тогда казахское правительство пыталось провести и принять закон, который запрещал бы функционирование на территории страны религиозных учебных заведений без лицензии. Поскольку для религиозных меньшинств получить такую лицензию было практически невозможно, директор колледжа посчитал это признаком усиления контроля государства над религиозными организациями. По его информации, единственными религиозными учебными заведениями с лицензией был Исламский университет и, возможно, Православная семинария. Протестантам получить лицензию было невозможно. Некоторые протестантские богословские школы были закрыты. Он считает, что усиление давления явилось следствием нарастающего влияния ислама в правительстве, которое изначально (после перестройки) проявляло большую терпимость в отношении других религий. Также по его словам, государство постоянно пытается ограничить поступающее из-за границы финансирование колледжа. Он опасается еще большего ужесточения законодательства и конфискации зданий евангельских учебных заведений. Его колледж приобрел здание бывшего детского сада на законных основаниях, тем не менее местное телевидение показало репортаж, в котором утверждалось, что местные «сектанты» это здание украли.

Хотя руководитель учебного заведения выразил серьезные опасения относительно возможного закрытия его школы, тем не менее, он был спокоен за ее будущее. Он указал, что его деноминация не впервые переживает гонения. Верующих преследовали еще в советское время: «Если нас закроют, мы все равно будем обучать людей». Видя успех подпольного движения ячеечных церквей в Узбекистане, он рассматривает возможность организации нового департамента по обучению лидеров малых групп. Более того, преподавательский коллектив обсуждает возможность перехода на полное самообеспечение в случае, если государство полностью перекроет каналы поступления иностранной помощи.

Новый бог: «У меня нет времени»

Пятнадцать из сорока опрошенных выпускников отметили, что за последние несколько лет наблюдается спад активности членов церкви и снижение общественного интереса к христианской духовности. Многие выпускники связали эту ситуацию с интенсивным экономическим ростом и кардинальным повышением стоимости жизни в Кыргызстане и Казахстане, особенно это касается Казахстана с его богатыми природными ресурсами и нефтяными запасами. Все это привело к увеличению занятости людей, стремительному росту цен и развитию крайнего материализма в сочетании с широкими возможностями повышения стандартов качества жизни. Как отметил один пастор: появился новый бог – «у меня нет времени».

Финансовая зависимость

Два выпускника из бедных районов Казахстана, рассуждая о причинах спада активности церковной жизни, отметили проблему финансовой зависимости. Один из них (Ефрем) сказал, что его церковь основали корейские миссионеры, которые помогали людям материально, и это привело к тому, что люди шли в церковь за материальными благами, не будучи движимы духовным поиском. Когда эти миссионеры уехали и назначили его пастором, многие люди просто потеряли интерес к церкви, поскольку материальная помощь прекратилась.

Напротив, ислам продолжал интенсивно расти благодаря огромной финансовой помощи из других стран. На этом фоне те ресурсы, которыми могла воспользоваться церковь, выглядят просто мизерными. Два других выпускника, работающие в сельской местности, отметили, что люди, обратившиеся в ислам, часто меняют отношение к христианству с нейтрального на враждебное, становиться христианином стало просто опасно, особенно в небольших поселениях.

Служение «израненным сердцам»

Девять выпускников отметили, что ключевая проблема, с которой они сталкиваются в своем служении, - глубокие социальные язвы постсоветской Средней Азии и разрушение нравственной подосновы общества. Как описала эту проблему Аида – женщина средних лет, мать-одиночка, пастор в одном из больших городов: Казахстан «нравственно уничтожен алкоголизмом, наркоманией и оккультизмом. Институт семьи разрушен - кругом безотцовщина, а если отец есть, ему нет дела до семьи. Жены и дети страдают. Количество разводов зашкаливает».

Женщина-пастор (Татьяна) из маленького русскоязычного городка особо отметила проблему алкогольной зависимости: «Некоторые люди, которые раньше ходили в церковь, уже умерли – они либо замерзли на улице пьяными, либо допились до смерти». Женщина-миссионер (Малин) из казахского городка населенного преимущественно курдами, рассказала о чудовищных вещах: тотальная безработица, болезни, наркомания и алкоголизм, проституция, физическое и сексуальное домашнее насилие. «Грабежи и изнасилования происходят постоянно». Наркотики распространены настолько широко, что считаются нормой. К женщинам относятся как к низшему сословию, их используют и насилуют мужчины, которые бросают своих жен или просто выбрасывают их на улицу за, например, бесплодие. Распространена практика, когда мужчина похищает юную девушку, привозит ее к себе, насилует, а потом принуждает к замужеству.

Пять пасторов рассказали, что большое количество людей приходят в церкви именно с таким прошлым, им крайне сложно духовно взрослеть и менять свой образ жизни к лучшему, потому что они подверглись внутреннему разложению. Два выпускника независимо друг от друга назвали это явление так: «израненные сердца». Люди разбиты, они пережили развод родителей, тяжелое детство (многих родители бросили, другие выросли в семьях, где они были не нужны). Бог показал, что они не могут измениться, потому что из сердца изранены (Татьяна).

Пастор Гульнора отметила, что корень духовной пассивности людей – эмоциональная травма. Более того, она сказала, что экономические изменения только усугубили ситуацию: «У нас общество отверженных людей – мужчины отвергают женщин, родители – детей. Люди пережили страдания еще в советское время, а теперь страдают их дети, потому что у родителей нет на них времени – они зарабатывают деньги».

Пастор Татьяна рассказала о своем служении для исцеления душ, которое она проводила как во время индивидуальных бесед, так и на встречах малых групп в церкви. На этих встречах люди просто вспоминали трудные эмоциональные переживания и молились друг за друга. Татьяна рассказала, что она занималась этим служением на протяжении долгого времени, в том числе во время своего обучения в библейском колледже.

От редактора: вторая часть данной статьи (всего три части) будет опубликована в следующем номере Вестника Служений и Церквей Восток-Запад (зима 2010).

Печатается с сокращениями с разрешения автора, по: Инсур Шамгунов «Слушая голос выпускников: анализ профессиональной подготовки и практики служения в Средней Азии» докторская диссертация, Оксфордский университет, 2009.

Инсур Шамгунов в настоящее время работает консультантом в одной из компаний в Лондоне, Англия.

Примечания:

1 Разговор с «Артуром», март 2002.

2 Разговор с «Назимой», февраль 2004.

3 Лекция «Мунира», март 2002.

4 «Казахстан», Международный отчет о состоянии религиозной свободы 2008 (Вашингтон, Бюро по делам демократии, прав человека и труда; Госдепартамент США http://www.state.gov/g/drl/rls/ irf/2008/108501.htm; информация от 24 сентября 2009)

5 “ИП”: 2007 Обзор проекта.

6 «Кыргызстан», Международный отчет о состоянии религиозной свободы 2008 (Вашингтон, Бюро по делам демократии, прав человека и труда; Госдепартамент США, http://www.state.gov/g/drl/rls/irf/2008/108502.htm; информация от 24 сентября 2008). 

7 Там же.

8 http://www.forum18.org/Archive.php?article_id=1145, информация от 1 июля 2008.

9 “Когда рейд не является рейдом?”, 30 мая 2008, http://www.forum18.org/Archive.php?article_id=1137; информация от 30 сентября 2008.

10 “Изъятие собственных зданий у религиозных общин продолжается”, 20 августа 2008, http://www.forum18.org/Archive.php?article_id=1174; информация от 30 сентября 2008.

11 “Неправомерный сбор информации – простая формальность?”, 25 февраля 2008, http://www.forum18.org/Archive.php?article_id=1093; информация от 30 сентября 2008.

12 Так, в общенациональной газете 15 февраля 2008 года было опубликовано интервью с анонимным офицером КНБ, который заявил, что заграничные «секты» - часть иностранной разведывательной сети под прикрытием. Он также приравнял новые христианские и буддистские организации к исламским экстремистам.

13 Себастьян Пейрус, «Взаимоотношения между церковью и государством в постсоветском мире: христианство в Средней Азии», Журнал церкви и государства №49 (2007).